Общество

Директор ЦДКЖ Евгений Чирков: Люди сейчас остро нуждаются в народном творчестве

Возвращение легенды: на сцене Центрального дома культуры железнодорожников не только возрождаются традиции любительского творчества, но и появится собственный театр.
Ушедшая эпоха сформировала уникальное явление — Дома культуры. По разным подсчетам, к середине 70-х годов в стране действовало более 100 тысяч досугово-просветительских центров, большинство из них было ведомственными. Сейчас действующие дома культуры можно буквально пересчитать по пальцам. Среди них — Центральный дом культуры железнодорожников в Москве. На его сцене ставятся театральные постановки с участием звезд, проходят концерты, в залах проводятся занятия по актерскому мастерству, начал работу Большой хор РЖД. О том, как культурному центру выжить в условиях рыночной экономики, есть ли будущее у ведомственных площадок и какие усилия нужно прилагать, чтобы Дом культуры оставался местом творчества, Правда.ру поговорила  с руководителем ЦДКЖ Евгением Чирковым.

— Евгений Сергеевич, до недавнего времени вы были первым заместителем начальника департамента социального развития ОАО «РЖД». Скажите, пожалуйста, как вы оказались руководителем Дома культуры?

— Я к этому всегда стремился. Мое детство фактически прошло в Домах культуры родного города Обнинска. На тот момент в городе их было три — в каждом кипела творческая жизнь: работали кружки, ставились театральные постановки. Руководители ДК были самыми уважаемыми людьми в городе, каждый их знал в лицо. Примечательно, что Обнинск в то время был вообще центром притяжения культуры. В наш народный театр приезжал за консультациями Марк Захаров, в Обнинске был поставлен первый рок-спектакль «Жестокие игры» по пьесе Алексея Арбузова. Дальнейшая моя жизнь так или иначе была связана с творчеством, особенно с театром. Я играл в студенческих и профессиональных спектаклях «Двое на качелях», «Зойкина квартира», «Тиль Уленшпигель», «Парень из нашего города» и т. д. Во время своей работы в РЖД, я постоянно интересовался ЦДКЖ, и в какой-то момент понял, что хочу заниматься именно творчеством, вернуть жизнь в эти легендарные стены. Поэтому, как только представился случай, я перешел на работу в Дом культуры.


— Вы занимали высокий руководящий пост в одной из ведущих компаний страны. Не было страшно уходить? Ведь понятно, что директор Дома культуры по статусу ниже…

— На удивление нет. Я понимал, что потеряю в зарплате, в статусе. Но иногда нужно делать то, что считаешь нужным. За почти десять лет работы в РЖД я участвовал в реализации многих творческих проектов, и в какой-то момент понял, что нужно обретать в жизни новый смысл. Этим смыслом и стал ЦДКЖ. Подозреваю, что часть знакомых меня не поняла, но объяснять каждому свою позицию не будешь.

— Какие были ваши первые шаги в новой должности? С чего Вы начали преобразования в Доме культуры?

— А так сразу и не скажешь. Действовать пришлось одновременно в нескольких направлениях. Когда я начал знакомиться с положением дел, мне стало очень грустно. За последние несколько лет Дом культуры, с богатой историей, великолепной сценой, превратился в девелоперский центр, фактически площадку для сдачи помещений в аренду. Зданию в 2027 году будет уже сто лет, оно было построено по проекту архитектора Щусева для того, чтобы в его стенах царило творчество. А вместо этого на сцене, на которую выходили Аркадий Райкин, Исаак и Максим Дунаевские, Ольга Кнебель, Борис Александров, Булат Окуджава, игрались антрепризные комедии с юмором «ниже пояса». Помещения использовались, в основном, для сдачи в аренду, речь о любительском творчестве не шла вообще.

— Собственно, это судьба всех ведомственных Домов культуры. В лучшем случае их используют именно как площадки для проведения банкетов, корпоративов и прочих мероприятий. В худшем — закрывают и продают как объекты недвижимости. То, что ЦДКЖ еще живет как культурная площадка хотя бы для антреприз, уже большая удача…

— Согласен. Это удача и заслуга руководства РЖД. Насколько я знаю, сейчас только у РЖД и Росатома осталась собственная сеть домов культуры. В сеть РЖД входят 42 объекта, в сеть Росатома — 50. Но сохранить здания и помещения, не значит сохранить традиции любительского творчества. Вспомните советские фильмы: «Карнавальная ночь», «Берегись автомобиля», «Кубанские казаки». В то время был культ художественной самодеятельности — театра, хора, танцевальных ансамблей, широкое распространение получили литературные чтения, музыкальные кружки. Руководство страны и предприятий понимало ценность творчества для развития личности, раскрытия потенциала сотрудников и в целом рассматривало творчество как элемент повышения производительности труда. Сейчас о нем вспоминают в последнюю очередь. Этот пласт заменили типа мероприятия тим-билдинг или тренинги по личностному росту.


— А вы считаете, что любительское творчество в наше время нужно? Что работники предприятий после рабочей смены пойдут заниматься в театральные кружки?

— Конечно, нужно. Одна из задач, которую я перед собой поставил, заключалась в том, чтобы вернуть творчество, живую созидательную энергию в стены ЦДКЖ. Вернуть народное творчество как дальнейший импульс развития ЦДКЖ именно как Дома культуры в классическом его понимании. Мы бросили клич среди работников РЖД столичного региона, отозвалось более 170 человек, желающих заниматься хоровым пением. Примечательно, что у многих оказалось начальное музыкальном образование, а 15 из них окончили музыкальное училище. Через 2 месяца репетиций нашим преподавателем из хора удалось сделать четырехголосие. Недавно теперь уже настоящий творческий коллектив впервые вышел на сцену на концерте в честь Дня рождения ЦДКЖ. Репетиции продолжаются. Также мы создали любительский театр, на прослушивание в которой пришло свыше 70 человек. Начали постановку пьесы Валентина Катаева «Пора любви» и «Маленький принц» Экзюпери. Если бы вы видели энтузиазм актеров-любителей, вы бы поняли, насколько люди соскучились по творчеству, по возможности выразить себя вне контекста работы или семьи. Это очень важно. Я хочу подчеркнуть, что это базовая потребность человека вне зависимости от возраста, социального и семейного статуса. В кружки к нам приходят и совсем молодые работники РЖД, и состоявшиеся в социальном и семейном плане люди. Причем, приходят из-за жажды творчества, а не ради попытки скрыться, например, от семейных проблем. К концу весны надеемся представить публике уже готовые постановки.

— А что сейчас идет для широкой публики? В своих интервью вы неоднократно упоминали, что являетесь сторонником классического театра, в репертуаре которого идут серьезные пьесы…

— Очень долгое время на сцене ЦДКЖ ставились одни антрепризы. Причем, не самого высокого качества. А я уверен, что театр достоин того, чтобы подходить к нему в белых перчатках. Когда я только пришел на работу в ЦДКЖ, я посетил несколько постановок. В редких случаях мне удавалось высидеть полчаса. Лично я не мог это смотреть. За год, в течение которого я руковожу Домом культуры, мне удалось привлечь к сотрудничеству театральные компании с более интересным репертуаром, в том числе, с классическими постановками. Сейчас на сцене идут, в том числе, антрепризы, на которые можно прийти ради известных имен — Татьяна Васильева, Стас Садальский, Федор Добронравов. И да, мы начинаем создавать собственный репертуар, собственные постановки. И я уверен, что их ждет успех.

— А что это будут за постановки?

— ЦДКЖ для многих актеров и режиссеров — легендарное намоленное место. Сцена, которую многие из них уже хорошо знают. У нас есть все условия для реализации успешного проекта — зал на более чем 700 мест, отличный звук и свет, удачное расположение в центре города. Вынужден признать, что в последнее время московский репертуарный театр переживает не лучшие времена. Для этого достаточно посмотреть, кто получает награды престижных премий. «Золотая маска», «Чайка» — практически все они «уплывают» из Москвы. Сейчас все самое интересное в театральной жизни происходит за пределами МКАД. Собственно, часть наших находок именно из регионов. Например, мы перенесли на нашу сцену спектакль, который изначально был создан в Новосибирске. Пьеса Шекспира «Укрощение строптивой» была поставлена по мотивам этюдов студентов известного актера и режиссера Даниила Спиваковского. Это современное прочтение классической истории, 82 музыкальных фрагмента, практически 2 часа сплошного драйва, которые смотрятся на одном дыхании. Я не видел ни одного человека в гардеробе во время антракта. Зрители разных возрастов выходили очарованными и под сильным впечатлением от происходящего на сцене. Я настоял на том, чтобы этот спектакль шел у нас полностью силами московских артистов. И вот Даниил Спиваковский его поставил специально для нашей сцены, в октябре состоялась премьера, в январе продолжится показ.

В конце декабря мы представим «Много шума из ничего» Уильяма Шекспира в постановке Александра Свечникова, главного режиссера Мирнинского театра, г. Мирный. Сюжет произведения перенесен в наше время. Представляете, огромный офис, опен спейс, руководителю приходит идея на корпоративе поставить пьесу Шекспира. Сначала сотрудники начинают, нехотя и спотыкаясь, читать в мобильных телефонах текст. Внезапно они превращаются в героев, оказываются в театральных костюмах, и … начинается Шекспир. Это все проходит легко, естественным путем, интуитивно. 21 декабря ожидается премьера.

19 декабря Сергей Потапов, режиссер Малого театра, представит свое сценическое прочтение пьесы Алексея Арбузова «Мой бедный Марат». Трагичная, трогательная история любви, долга, товарищества, пронесенная через блокаду Ленинграда, войну, голод, надежды и разочарования. Она смотрится со слезами на глазах и на одном дыхании.

— Под конец года у вас буквально театральный прорыв…

— Это результат моей работы и работы нашей команды в течение последнего года. Но мы на этом не остановимся. В планах — представить несколько премьер уже весной следующего года. Сейчас мы разминаем историю, которую поставила в свое время команда КВН «Дети лейтенанта Шмидта» — «День хомячка, или русское счастье». Так вот, «Дети лейтенанта Шмидта» с этой постановкой объехали полстраны, поставили ее на сцене Театра эстрады. Это абсолютно злободневная пьеса. Так же в планах перенести на сцену «Повесть о том, как поссорился Иван Иванович с Иваном Никифоровичем», которую стоит перечесть хотя бы из-за удивительного языка Гоголя. Да и в дальнейшем я надеюсь обновлять афишу ДК, и через пару лет полностью поменять картину. В том числе, и по детским спектаклям. Я слышал мнение, что ЦДКЖ — это «привокзальный Дом культуры», я категорически с этим не согласен. Это всегда было знаковое место. А скоро оно заявит о себе как о театре с интересными постановками.

— Я понял, что вы большой любитель театра, но, если вспомнить «золотой век» ЦДКЖ, он всегда славился литературными вечерами, концертами, музыкальными гостиными. Мало кто сейчас вспомнит, но первое заседание клуба веселых и находчивых с Александром Масляковым и первая съемка КВН прошли именно в стенах ЦДКЖ. Здесь же в послевоенные годы проходили встречи литературного объединения «Магистраль», участником которого был Булат Окуджава. И этот список можно продолжать долго…

— Работа в этом направлении тоже ведется. У нас есть прекрасный мраморный и зеркальный залы, как будто созданные для проведения камерных вечеров. Мы приглашаем музыкантов, в том числе, и классических и оперных певцов. Примерно 2 раза в месяц у нас проходят музыкальные гостиные. Мы будем рады пригласить для выступления джазовые коллективы, блюзовых исполнителей. В начале следующего года планируем устроить на большой сцене «квартирник» Евгения Маргулиса.

— Неудобный вопрос про экономику искусства. Насколько сейчас окупается деятельность ЦДКЖ? И насколько вообще объекты культуры могут финансово обеспечивать сами себя?

— Мое личное мнение, любой объект культуры нуждается в дотациях. Даже если мы возьмем известные театры — уверен, что никто из них не находится на самообеспечении, несмотря на топовое положение, звездные составы и весьма приличные цены на билеты. Сравнивать окупаемость ведомственного Дома культуры с театром, или площадками типа «Крокус-сити» некорректно, они принадлежат к разным правовым формам, имеют разные источники финансирования и т. д. Кроме того, у столичных театров нет плана по доходам, они свободно распоряжаются средствами от продажи билетов и сдачи помещений в аренду. А ЦДКЖ вынужден выполнять план по доходам, от этого зависит наша зарплата. Могу лишь сказать, что ЦДКЖ доказывает свою ценность как объект творчества и культуры, в том числе и в финансовом плане. Самоокупаемость у него достигает 85%. На мой взгляд, это очень хороший показатель.

— То есть модель ведомственных домов культуры вполне рабочая — и с точки зрения творческой реализации сотрудников предприятия, с точки зрения использования ДК как культурной площадки, и даже с точки зрения финансов?

— Безусловно. Все упирается в вопрос желания. Когда я пришел в ЦДКЖ, часть коллектива удивились моим творческим планам. Им привычнее и спокойнее было сдавать сцену и помещения в аренду. Сейчас со мной работает команда, которая меня полностью поддерживает, которая разделяет мои взгляды и которая сама «горит» творчеством. Не скрою, что часть проблем и вопросов мне приходится решать, используя свои личные связи. Без этого никак. Радует, что руководство РЖД осознает уникальность Дома культуры, понимает ценность нашей работы. Ведь чаще всего приходится решать проблемы совершенно далекие от творчества. Здание было построено в 1927 году по проекту архитектора Щусева. Ему скоро будет 100 лет. В 2009 году его отреставрировали — фасад, внутреннее убранство. А коммуникации остались прежними. Извините, но у нас общая канализация с комплексом трех вокзалов, что создает ряд проблем и по обслуживанию и ремонту. Мы, как и большинство столичных театров, расположенных в черте исторической застройки, вынуждены буквально латать на коленке трубы. С другой стороны, даже за год многое удалось поменять и в техническом плане.

— Что именно?

— Мы обновили сценический свет. Причем, пришлось осваивать «горящие инвестиции» на свой страх и риск. И последнюю деталь установки мне привезли уже 30 декабря, в последний день, когда я мог отчитаться о потраченных средствах. Это было рискованно, но зато теперь у нас есть свет, которым не могут похвастаться даже некоторые профессиональные театры. Удалось также обновить систему кондиционирования и вентиляции воздуха. Но понимаете, дело даже не в деньгах. Для многих проблем просто нет решения, его нужно выдумывать. Например, когда порвался трос занавеса в зале, мы не понимали, где взять ему замену. Он вообще в единственном экземпляре. Пришлось выдумывать на ходу.

— Скажите, пожалуйста, после года работы директором ЦДКЖ как вы оцениваете возможное возрождение Домов культуры?

— Каждый случай нужно рассматривать отдельно. Но я верю в значимость существования Домов культуры вообще. Нужно развивать любительское творчество, необходимо давать возможность людям выразить себя, увидеть качественные постановки. Не важно, кому принадлежат Дома культуры — ведомству или муниципалитету, главное желание развивать его в данном формате, вера в то, что делаешь. Я уверен в будущем ЦДКЖ. Это отличная площадка для профессионалов и любителей. А потом … бриллианты мадам Петуховой не должны пропасть даром…

— А Дом культуры действительно построен на деньги прототипа мадам Петуховой из книги «12 стульев», или это легенда?

— Действительно, есть легенда-быль из жизни крупного московского купца, который в обмен на возможность сохранить часть своего состояния, выделил средства на строительство ЦДКЖ. Хотя исторически основную часть средств собрал профсоюз Московской-Казанской железной дороги при поддержке Наркомата путей сообщения. У меня до сих пор хранится автограф наркома путей сообщения Лазаря Когановича об организации ЦДКЖ. Ильф и Петров тогда работали в ведомственной газете «Гудок» и на основе реального случая создали легенду о бриллиантах мадам Петуховой, которой, естественно, не существовало.